goldoff (goldoff) wrote,
goldoff
goldoff

Category:

LOSERЫ

I

В Белом Доме с утра было тихо. Четыре уборщицы, за плечами каждой из которых как минимум 3 года беспорочной службы в CIA, как всегда незаметно испарились, назойливых экскурсантов допускать до корзин с идеально чистым бельем было рано, жена спала в своей комнате. Слегка шаркающей походкой старика(какой старик, и шестидесяти нет, просто устал – мельком подумал он) Джорж прошел на кухню, поздоровался с поваром-негром - ещё один Гарвард плюс четыре года CIA плюс пресловутая политкорректность - взял чашку «эспрессо», любимую, с надписью «I`m God» над портретом Иисуса, поразительно похожего на Буша, и пошаркал в Овальный зал, к заначенному еще с понедельника сборнику кроссвордов.
Сел в кресло, пододвинув его к столу, расстелил газету(не забыть отдать $2.99 Сэму, начальнику охраны), вытащил ручку из кармана халата, отхлебнул кофею – и заблаженствовал! Закейфовал, как говорил факин Саддам.
Медведь, живущий в Канаде, по горизонтали, раз, два, три, четыре, пять – пять букв – гризли. То, чем мы дышим, шесть букв, посередине «з» - подумал, пожевал ручку, колупнул ей в ухе, облизал, и крупно написал – воздух.
Герой П. Джексона, или Дж. Р. Толкина – Хоббит, это легко, это Джордж смотрел. Отвлекся на секунду, записал на нижнем поле газеты – Толкин. Знак вопроса. И далее, помельче – спросить у жены. Восклицательный знак! Самая большая река в России – Волга, или Днепр – ракетчики должны посоветовать. Киноактер, сыгравший в фильме… Дело спорилось. Буш наслаждался своим умом.
Через 40 минут интеллектуального пиршества случилось страшное – Джордж застрял.
Намертво. Практически завис. Последнее слово. Величайший человек в истории. Имя. Всего пять букв. Джорж не подходило. Не вписывалось также БушМл, Бушсын, Жоржи, Этоя(напомню, что дело происходит в Америке, Овальный зал, и Президент скорее всего хотел написать Itsme). Май гад – с отчаяния Джорж попробовал БушСт, хоть папашу и не любил, и совсем уж абсурдное Яяяяя(Iiiii). Запахло катастрофой. Последнее слово. Сегодня он был близок к победе как никогда. Шум и ярость медленно взбухали в голове Джоржа. Гад, гад, гад – интеллигентно выматерился он. Откинулся на спинку кресла, оттолкнулся ногами от стола, швырнул ручку, вскочил. Почти завопил, – «Жена!!! Жена!!!!!! Май гад, жена!!!!»
Дверь, распахнутая мощным ударом ноги двухметрового Сэма едва не соскочила с петель, вбежали мальчики, один – самый здоровый – попытался в бреющем прыжке закрыть работодателя.
-Я сказал жена!!!, - уже не сдерживался взбешенный Буш, ощущая острый запах пота и страха от 120 килограммовой Туши, придавившей его к полу. - Где эта дура!?? Слезь с меня, урод!!! Ты уволен!!! Вы все уволены!!!! Жена!!!!
Наконец появилась – точнее, приплыла – супруга. Охрана отдышалась, спрятала оружие, 120 килограммовая Туша что-то униженно бормотала под нос, слезы текли по серо-коричневым мешкам жира, начинавшимся у Туши чуть выше глаз и свисавшим почти до плеч. Сэм как то не по отечески обнимал тушу(его зовут Кайл, он хороший охранник, я всегда могу, гмммм, положиться на него, сэр. Вышколенные подчиненные даже не улыбнулись явной промашке Сэма).
-Чего орешь, дебил?, - холодно поинтересовалась женщина.
- Кроссворд, - жена устало закатила глаза, - последнее слово. Величайший человек в истории, пять букв.
- Напиши Джорж, - голос, услышанный Джоржем, пересек отметку «абсолютный ноль» и двигался куда то вниз. В неподвластную природе и физикам из Беркли вселенскую мерзлоту.
- Не подходит. Не подходит Джорж, БушМл, Яяяяя, ничего не подходит – Президент едва не плакал. – Первая «И», последняя «с», - унизился он до вопроса к охранникам.
- Думай сам, - сказала «эта стерва», -и чтобы никто ничего!, - уже обращаясь к секьюрити. Это был приговор.
Во время обеденной экскурсии электората президент был серьезен и задумчив.
-Бдит, блюдет интересы Великой Америки, - одобрительно шептались гамбургеры, гамбургерши и гамбуренки на ножках. «
-Уж мы если что – всем зад надерем. Шум, фак(напомню – Юса, так что это как наше «блядь»), и ярость. Факин фак, – делился впечатлениями о Президенте, думающем за всех нас, фермер из Айовы с страшнючей негритянкой с почему то славянским акцентом и именем Наташа, которая заволокла его в мотель всего то за пятнашку.
Нация была спокойна.
«Величайший человек в истории, пять букв», – мантра на разные лады пелась в мозгу Буша в самолете, по дороге на фазенду предков, в машине, во время секса с женой - как же, сегодня 15, даже, кажется, во сне. «Человек в истории, первое «и», последнее «с»», - проснулся он в 12 с больной как после похмелья головой.
– Я прогуляюсь, милая. - «Величайший», - одевая шляпу, «человек», - на цыпочках подходя к бару и в пару глотков прикончив почти бутыль вискаря, - «букв», - сходя с крыльца, «чело….». Нога в мокасине за $2500 зацепилась за невесть откуда появившийся на знакомой до выбоинки дороге и Джорж растянулся на асфальте. Лицом вниз. Пьяный! Ладони, колени, и, о ужас, лицо – в кровь! В кровищу! Блядь!(экспрессивное, очень нравящееся ему слово Буш услышал у Путина, уронившего однажды на банкете тарталетку на брючину).
Джорж сел, утер кровь рукавом – и заплакал. «Я неудачник. Лузер. Недотепа. Дибил», - проносилось в голове. «Единственный раз – и не разгадал полностью, одно слово, одно гребаное слово. Всего пять букв». Слезы текли, больно щипля левую разодранную щеку. Краем глаза он видел почти бегущую жену, на ходу обьяснявшую пресс-секретарю, -«Скажем, упал с велосипеда. Спортом, мол, занимался», медсестру, отсасывавшую у него по пятницам(Билли, Билли, что ж ты наделал с нравственностью Всенародно избранных), Тушу, Сэма, кого то еще. Щека, минеты, жена – все вдруг стало абсолютно неважно. С пугающей искренностью Джорж почувствовал, что жизнь не удалась. Катарсис лузера наступил!


II

Матч почти не запомнился. Пару штрафных, синяк на левой, чуть выше косточки, угловые – не люблю их подавать, - сильный, резкий, по звериному злой парнишка, почти сожравший меня на фланге. Где там он играет? Как там его?
Два-два, сначала нам повезло, потом не повезло, потом повезло. Тоска. И усталость. И рев. Постоянный рев стада. Или стадиона, как кому нравится.
В круге долго совещались с этим, как его, так и не вспомнил, кажись, словаком, и капитаном португальцев, кто будет бить серию пенальти первым. Орел – это я, решка – метис. Все португальцы полуниггеры. Минимум «квартероны» - я криво ухмыльнулся, вспомнив мудреное слово. Сказал словаку «орел». Орел. Это я! Мы пожалуй пробьем первые. Я. Пожалуй, я пробью. Рикарду – так его зовут, кажется, - идет в ворота. Я машинально глажу лысину. Почему Вики так нравится, когда я стригусь под ноль? Зовет меня «лысик», ей кажется это смешным. Лысик-писик, надо ей сказать, прикольно скаламбурил. Может лобок подстричь? То-то б та журналисточка удивилась. Которая спросила: -«Скажите, а какие еще изменения в своей внешности Вы планируете?» Ничего сучка. Экстракласса бабец. Сиси, попа, губки. Оччень ничего. Люблю губастеньких и жопастеньких. Вот бы ее за уши и к станку. Я уверенно пошел к 11-метровой отметке. Да, за уши и к станку – установил мяч. Губы. Губки. Небось, шлюшка, вкачала силикон… Сейчас и Рикарда этого – за уши, и к станку. К станку, я сказал! Риккардо – сын барана. А всех баранов я беру за уши и нагибаю к станку. Я начал разбег…

III

Красное выпадало тринадцать раз подряд. Несуеверный Витек накачивался водкой – бармен, не спрашивая, на поднятый палец крупнейшего авторитета Саранска реагировал бутербродом с икрой и рюмкой – и ставил на черное. Все тринадцать раз. По пять тысяч. Грина. «Делайте Ваши ставки», - прошептал крупье. Он был близок к срыву, потому что знал Витька. Витька знал весь Саранск. Четырнадцатый раз Витек снова поставил на черное. «Ставки сделаны. Ставок больше нет», - руки крупье ощутимо дрожали. Зажужжала рулетка, затрещал шарик, крупье громко икнул. Красное. Витек достал пистолет.
-Что ж ты, Виктор Афанасьевич, крупье то не добил – восьмерых замочил, а крупье – нет, - важняк лучился, цвел, сиял, эманировал, - от него у Витька просто физически резало глаза! – Я за тобой четыре года бегаю, уж не чаял и засадить, а ты мне такой подарок – восьмерых замочил. Собственноручно и собственнотэтэшно, - важняк хохотнул, быстро-быстро потер ладонь об ладонь несколько раз и наконец сел.
-Итак, начнем. Имя, фамилия, …
-Сука, - думал Витек, - вот сука же. Выжил, сука, петух криворукий. Три пули в него всадил – две в печень, и контрольный, - а он, сука, выжил. Ниччо, выйду, убью, суку! Сам!!! Собственноручно и собственнотэтэшно! Удачей клянусь! Всю жизнь положу – но замочу, суку.
Хорошие деньги, хороший адвокат, хорошие свидетели(хорошие свидетели, как известно, мертвые свидетели) – дали всего четыре года за превышение пределов необходимой самообороны. Обещали отпустить через два с половиной – а значит, крупье должен был умереть никак не позже 2 января 2007 года. Но Витек, так неосмотрительно поклявшийся удачей, не знал, что сам он умрет уже через 37 дней, поскользнувшись в тюремной бане и приложившись виском к крану с горячей водой. Витьку не повезло, а жаль – классный он был пацан. А крупье, криворукому ублюдку, повезло – он жил еще долго, целый год, перенес семь(счастливое число) операций и умер, так и не приходя в сознание.
Subscribe

  • Как я взламывал замки

    Так получилось, что вчера и примерно 16 лет назад я вскрывал двери в квартиру. Повод порассуждать, что изменилось в нашей жизни за это время.…

  • История Мэ и Жо

    Швейцарец Стефан Шмитц совместно со мной про вечную историю с сотворения мира. Он нарисовал, я скомпоновал. У него такого много, поинтересуйтесь.…

  • Memento mori

    Отличное приложение. За 149 ре 5 раз в день напоминает, что мы все умрем. Присылая мотивирующие цитаты про смерть. Что характерно, находится оно в…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments