goldoff

Categories:

Почему я не очень люблю «Кладбище домашних животных»

Вчера, на День Рождения Кинга, обсуждали его любимые книги. Насчет «Кладбища домашних животных», безусловно, сильного произведения, я говорил, что считаю тему читерской. По-моему, тут Кинг взялся играть в футбол с детьми, извините за потенциально чернушную аналогию.

Почему? Потому что страх потерять ребенка самый ужасный для любого родителя. Здесь обобщения более чем уместны. Особенно в нашем веке, когда детей мало и детская смертность событие скорее исключительное, нежели скорее обязательное, как было всего лет 100 назад. Я думаю, каждый (снова уместное обобщение, готов спорить) родитель довольно часто думал, что бы он делал, если ребенок сильно заболеет или, не дай Бог, умрет. Что бы он, родитель, отдал взамен. Собственная жизнь тут не самая большая цена.

Канализировать эти страхи в хорошую книгу, особенно мастеру хоррора, довольно легко. Даже выдумывать ничего не нужно. Пиши, что чувствуешь. Плюс добавь любви к ребенку, которая тоже есть почти у всех. Коктейль готов. Тут Стивену было бы сложнее не использовать такую тему, как мне кажется.

К слову, у нас в России есть триада всем известных авторов, которые теряли детей и никак не показывали это в своем творчестве. Притом что писали про детей и для детей.

Агния Барто (2 картинка) потеряла сына Эдгара 5 мая 1945 года. 18-летнего подростка сбил автомобиль на дороге около Дома Писателей в Лаврушенском. Она продолжила писать стихи и сценарии, разве что не праздновала День Победы и, по слухам, начала довольно крепко пить.

Дочь Самуила Маршака Натанель (картинка 3) погибла на День Рождения отца. Полуторалетний младенец обернул на себя горячий самовар, который грели на праздник. Самуил написал пронзительный стих (он ниже), впредь не отмечал свой День Рождения в эту дату, а больше никак эту трагедию не афишировал. Кстати, Маршак похоронил и младшего сына, умершего от туберкулеза в 21 год.
———
С малюткой я пережил снова
Счастливое детство мое.
В сиянии дня золотого
В саду забавлял я ее.

Забывшись невольной дремотой
Под ласками летнего дня,
Я видел, как маленький кто-то
Поднявшись, стоит у плетня.

Здоровой и голенькой крошке
Привольно [в саду], как в раю.
Нетвердые смуглые ножки
Чуть держат малютку мою.

Опять погружался я сладко
В дремоту, забыв про нее,
Не знал я, не ведал, как кратко,
Как призрачно счастье мое!..
С. Маршак, 1915 г.
————

Но хуже всего было Корнею Чуковскому. Про дочку Муру (Марию, на картинке 4) он написал кучу стихов, на ее словечках основана книга «От двух до пяти». Он растил себе собеседника и друга. Учил ее разбираться в искусстве, литературе, много говорил с ней и любил ее больше всех своих родных. Она на картинке 4. Но в 9 лет Мура заболела костным туберкулезом, и в течение двух лет очень тяжело, с мучениями, умирала, практически на руках отца. При этом Чуковский считал, что он во всем виноват, потому что некрасиво вел себя в атмосфере травли коллег. Мол, это ему наказание свыше за трусость. Вдобавок, в это же время с подачи Крупской начали травить за сказки и его самого. Мол, мешают учить биологию советским детям такие бестолковые писульки. Не лают проникнуться идеями марксизма-ленинизма. И вот после такого ада он нарисал почти все свои лучшие переводы, несколько сказок и кучу серьезных литературоведческих работ.

Поэтому «Кладбище домашних животных» признать лучшим романом Кинга я не смогу никогда. При том, что книга страшная. Очень-очень-очень страшная.

Error

default userpic

Your reply will be screened

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.