goldoff (goldoff) wrote,
goldoff
goldoff

Categories:

И пошли они солнцем палимы

Литейный проспект, 37.

Про этот дом и про этот подъезд написан стих «Размышления у парадного подъезда» Николая Некрасова. Это там, где «и пошли они, солнцем палимы» и «выдь на Волгу, чей стон раздается? ..Этот стон у нас песней зовется», отпечатанные в памяти каждого советского школьника. История как в нынешнем фейсбуке. Некрасов жил напротив и видел бедных людишек, на которых и тогда и сейчас начальству было насрать. Только тогда писали стих, а сейчас пост.

Читаю я стих, и у меня три вопроса: почему подъезд, а не парадное; почему ничего в Россеюшке не меняется; когда уже в Питер можно будет съездить. Я хочу опробовать там яхтенный спорт у товарища.

Сам стих полностью

Размышления у парадного подъезда

Вот парадный подъезд. По торжественным дням,

Одержимый холопским недугом,

Целый город с каким-то испугом

Подъезжает к заветным дверям;

Записав своё имя и званье,

Разъезжаются гости домой,

Так глубоко довольны собой,

Что подумаешь — в том их призванье!

А в обычные дни этот пышный подъезд

Осаждают убогие лица:

Прожектеры, искатели мест,

И преклонный старик, и вдовица.

От него и к нему то и знай по утрам

Всё курьеры с бумагами скачут.

Возвращаясь, иной напевает «трам-трам»,

А иные просители плачут.

Раз я видел, сюда мужики подошли,

Деревенские русские люди,

Помолились на церковь и стали вдали,

Свесив русые головы к груди;

Показался швейцар. «Допусти»,— говорят

С выраженьем надежды и муки.

Он гостей оглядел: некрасивы на взгляд!

Загорелые лица и руки,

Армячишка худой на плечах,

По котомке на спинах согнутых,

Крест на шее и кровь на ногах,

В самодельные лапти обутых

(Знать, брели-то долго́нько они

Из каких-нибудь дальних губерний).

Кто-то крикнул швейцару: «Гони!

Наш не любит оборванной черни!»

И захлопнулась дверь. Постояв,

Развязали кошли́ пилигримы,

Но швейцар не пустил, скудной лепты не взяв,

И пошли они, солнцем палимы,

Повторяя: «Суди его Бог!»,

Разводя безнадежно руками,

И, покуда я видеть их мог,

С непокрытыми шли головами…

А владелец роскошных палат

Еще сном был глубоким объят…

Ты, считающий жизнью завидною

Упоение лестью бесстыдною,

Волокитство, обжорство, игру,

Пробудись! Есть ещё наслаждение:

Вороти их! в тебе их спасение!

Но счастливые глухи к добру…

Не страшат тебя громы небесные,

А земные ты держишь в руках,

И несут эти люди безвестные

Неисходное горе в сердцах.

Что тебе эта скорбь вопиющая,

Что тебе этот бедный народ?

Вечным праздником быстро бегущая

Жизнь очнуться тебе не дает.

И к чему? Щелкоперов забавою

Ты народное благо зовёшь;

Без него проживёшь ты со славою

И со славой умрёшь!

Безмятежней аркадской идиллии

Закатятся преклонные дни:

Под пленительным небом Сицилии,

В благовонной древесной тени́,

Созерцая, как солнце пурпурное

Погружается в море лазурное,

Полоса́ми его золотя,—

Убаюканный ласковым пением

Средиземной волны,— как дитя

Ты уснешь, окружён попечением

Дорогой и любимой семьи

(Ждущей смерти твоей с нетерпением);

Привезут к нам останки твои,

Чтоб почтить похоронною тризною,

И сойдёшь ты в могилу… герой,

Втихомолку проклятый отчизною,

Возвеличенный громкой хвалой!..

Впрочем, что ж мы такую особу

Беспокоим для мелких людей?

Не на них ли нам выместить злобу? —

Безопасней… Ещё веселей

В чем-нибудь приискать утешенье…

Не беда, что потерпит мужик:

Так ведущее нас провиденье

Указало… да он же привык!

За заставой, в харчевне убогой

Всё пропьют бедняки до рубля

И пойдут, побираясь дорогой,

И застонут… Родная земля!

Назови мне такую обитель,

Я такого угла не видал,

Где бы сеятель твой и хранитель,

Где бы русский мужик не стонал?

Стонет он по полям, по дорогам,

Стонет он по тюрьмам, по острогам,

В рудниках, на железной цепи;

Стонет он под овином, под стогом,

Под телегой, ночуя в степи;

Стонет в собственном бедном домишке,

Свету Божьего солнца не рад;

Стонет в каждом глухом городишке,

У подъезда судов и палат.

Выдь на Волгу: чей стон раздается

Над великою русской рекой?

Этот стон у нас песней зовется —

То бурлаки идут бечевой!..

Волга! Волга!.. Весной многоводной

Ты не так заливаешь поля,

Как великою скорбью народной

Переполнилась наша земля,—

Где народ, там и стон… Эх, сердечный!

Что же значит твой стон бесконечный?

Ты проснёшься ль, исполненный сил,

Иль, судеб повинуясь закону,

Всё, что мог, ты уже совершил,—

Создал песню, подобную стону,

И духовно навеки почил?..

1858

Tags: Некрасов, стихи
Subscribe

  • Процесс превыше всего

    Когда процессы обгоняют голову. Ну или кнопку сигнализации. В туалете одной из Додо-пицц.

  • Авторитаризм на марше

    Митька афористично и четко сформулировал перед другими детьми смысл авторитарной системы управления. Все идите сюда, ко мне. Я буду командир,…

  • Рабочая репутация

    Рабочая репутация и умение выполнять приказы. Зоя Воскресенская (она на картинках), писатель книг о Ленине для детей общим тиражом 21 000 000…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments